Omnia munda mundis
Я напишу тебе верлибр
на белом краешке листа,
ты сможешь умилиться – либо
понять, что жизнь была проста;
в чёрной радужке твоих глаз мне видится пульсация космоса,
в чуть заметных искорках – вспышки сверхновых,
в мутной слепой плёнке – модель Млечного Пути,
я не чувствую в них одного – жизни,
зато ощущаю притяжение этих чёрных дыр,
банально, но именно так жертву влечёт к хищнику.
Нам нет тепла под одеялом,
покоя в вечной мерзлоте,
не удовольствоваться малым
тому, кто жив, но пустотел.
Вспоминаю тот день, когда мы встретились впервые –
просто материализовалась у меня на кухне,
как будто на протяжении лет семи варила там кофе, всегда в одно и то же время,
и мой мозг с этим впечатлением не спорил,
«Ты чем-то недоволен, - сказал он мне, -
вот сам и спорь».
Ты декорируешь цветами,
когда я сплю, весь этот дом,
снаружи – блеск, под маской – камень,
сначала – боль, удар – потом.
Точно знаю, что однажды поутру не обнаружу тебя рядом:
ни твоего холодного тела,
ни твоих космических глаз,
ни запаха твоего кофе.
иногда думаю: скорее бы уже.
иногда понимаю, что это будет конец всему.
Кстати: прошлой ночью, пока ты спала, заходила твоя сестра
(у неё глаза из чистого света, а тело горячее, как землеройка) –
и мы с ней очень неплохо провели время,
очень неплохо.