Omnia munda mundis
Полосы разноцветного конфетти,
мишура из хлопушки, и смешной «средневековый» костюм
скрывают истинный облик гостя на этом карнавале -
клыки, когти, шипы, чешую.
Не для того разве придуманы подобные празднества,
чтобы истинный страх мог ходить среди людей неузнанным?
Сегодня он не пугает до обморока ваших кошек,
не портит в колодцах воду, не украшает плесенью запасы зерна,
не перетирает тайком волоски на смычках скрипачей-виртуозов -
разве это само по себе не повод к веселью?
Для него самого это, впрочем, тяжёлый труд -
на целый день отказаться от любимого дела.
В следующий раз, когда случится выходной
(он надеется, не раньше, чем лет через десять-двенадцать),
упомянутые в начале этого текста конфетти, мишура и костюм
станут уже частью его упомянутого там же истинного облика,
а когти, чешуя, клыки и шипы — бутафорской маскировкой,
он считает, что это — отличная идея.
Выпив малинового лимонада, он почти забывает, зачем здесь находится,
но укол ножа под ребром и избавление от кошелька
быстро напоминают:
очевидно, он — подсадная кукла.
Люди всё те же — за версту чуют не умеющего постоять за себя чужака,
завтра у вас опять будут портиться зерно и вода.
А вот кошек он не будет трогать ещё по крайней мере неделю -
уж очень вкусен был лимонад.