Omnia munda mundis
Неважно, сколько бездумно тратила,
И от чего устала
В преддверии скорой ночи:
Ты — мой пояс золотоискателя,
Держишь до двадцати килограммов металла,
Намытого между строчек.
Не имеет значения, для кого пела,
Достигала ли точки кипения,
Приносила ли пищу:
Ты — запятнана белым,
И что бы ни делала -
Всё становится только чище.
Но тьма настаёт, мы опять на краю, бессмысленна речь, а желания — лучше укрой:
Я пламя твоё удержать норовлю и блеск уберечь несгоревшей поныне рукой.